Category: театр

Category was added automatically. Read all entries about "театр".

LOVE HURTS IN TINDER TIMES

Побывал вчера в немецком театре на пьесе LOVE HURTS IN TINDER TIMES и понял суть современного театра. С точки зрения формы это – эклектика, декларативное отрицание структуры, хаос вместо системы. Современный театр обязательно соединяет в себе следующие элементы: перформанс, шоу, мультимедии, порно, абсурд, эзотерика, стендап, доклад/резонирование, контакт с залом, провоцирование дискуссии со зрителями.

Фото: www.schaubuehne.de

Тема и сюжет театрального представления не имеют значения, это может быть как инсценировка любого классического произведения, что «Иллиады», что «Анны Карениной», так и нечто «концептуальное», нечто на тему гомосексуализма, одиночества, насилия, конца света и т.д. По ходу спектакля актеры – мужчины и женщины - обязательно раздеваются догола, трясут не всегда аппетитными гениталиями, произносят скабрезности, включая мат, могут мазаться краской, обливать друг друга водой, кувыркаться, залезать на какие-то конструкции и т.д. Отсутствие смысла или ничтожнейшая примитивность идеи прикрывается псевдоглубокомыслием, крайней усложненностью формы. Актерское мастерство при этом практически не играет никакой роли. В спектакле могут участвовать – часто участвуют! – и любители. Полностью ушло в прошлое такое понятие, как актерское амплуа: трагик, комик, инженю, герой-любовник, благородный отец, старушка и т.д. Актер обезличен, он становится абстрактным медиумом, который произносит или изображает некие абстрактные идеи. Общий уровень актерского мастерства, да и типаж актеров, примерно соответствует уровню телевизионных сериалов.
У западного, особенно немецкого, театра для такого сверхрадикального ухода от традиционных форм есть свои более или менее рациональные причины. В Германии академическое, «правильное» искусство в классических формах неизбежно все еще ассоциируется с тоталитарным искусством, с Геббельсом, с требованиями «народности», «понятности», «красоты»,»духовного здоровья», которые предъявлялись к художникам в «третьем рейхе», отсюда и отторжение этих форм. Опять же на немецкий театр наложила очень сильный отпечаток еще в двадцатые годы эстетика экспрессионизма, Пискатор, Брехт, Макс Рейнгардт с их концепциями нового театра и экспериментами.

Русский современный театр такого типа, прежде всего в лице «знаменитых» Серебренникова и Богомолова, во многом просто слепо копирует рецепты западного театра. Убей бог не понимаю, что приводит в восторг в России зрителей и критиков спектаклей, скроенных по отнюдь не гениальным, а напротив самым примитивным и шаблонным лекалам.