Category: религия

Category was added automatically. Read all entries about "религия".

О так называемом "стебе"


Главным жанром современного искусства стал стеб.
Как понять это слово?
Стеб в переводе с новорусского жаргона на русский литературный означает примерно «насмешка», «издевка», «эпатаж», но это не просто насмешка, а насмешка, не имеющая в принципе никаких этических и лексических границ и направленная преимущественно в адрес медийно значимых лиц или явлений.
«Стебутся» сейчас все во всех странах и над всем: над смертью Сталина и над холокостом, над ленинградской блокадой и над Аллахом, над Трампом и над Эрдоганом , над Путиным и над смертью Кобзона, над тонущими в Средиземном море беженцами из Африки и над жертвами авиакатастроф – перечень объектов для «стеба», то бишь для кощунства, бесконечен. Стебутся в интернете, в театре, в кино, в печати. Печально знаменитый парижский журнал Шарли Эбдо, редакцию которого в январе 2015 года расстреляли террористы, кажется, может служить эталоном абсолютно циничного стеба.
Непременным элементом стеба является мат, вульгарность, похабность, грубость, хамство, сексуальный юмор. Немецкий телевизионный комик Ян Бемерман прославился в 2016 году своим «стихотворением» о турецком президенте Эрдогане. Начало стихотворения , вызвавшего международный скандал и приведшего к кризису в отношениях между ФРГ и Турцией, звучит так:


Тупой, как пробка, трусливый и закомплексованный -
Вот кто такой - Эрдоган, президент.
Его правление воняет, словно денер кебаб,
Даже пердеж свиньи и то пахнет лучше.
Это тот, кто бьет девочек
И при этом натягивает на себя резиновую маску.
Больше всего на свете он любит трахать коз
И подавлять меньшинства.

Примерно в том же духе в Германии действует Каролин Кебекус 1980 года рождения, начинавшая как скромный стендап-комик и ставшая теперь мега-звездой. Поворотным моментом в карьере Кебекус стала ее авторская телепередача под говорящим названием «Pussy Terror“, в которой юмористка высмеивала в похабном духе мало-мальски известные публичные лица – тренера футбольного клуба «Бавария», политиков, папу римского, кинозвезд и т.д . «PussyNation“ – „ Опиздюливание» - называется ее новейшая программа, с которой она будет выступать в марте 2019 года в «Мерцедес-Бенц-Арене» (вмещающей в себя 17 тысяч зрителей) в Берлине и в которой, как сообщает реклама, будет много шуток «ниже и выше пояса».
Россия, кажется, полностью переключилась на жанр стеба и ничего другого не воспринимает. Если кто из российских деятелей искусства хочет быть услышанным, замеченным, то ему не остается ничего другого, как прибегнуть к стебу. Быков, Сорокин, Шендерович, Серебренников, поэт Орлуша, актер Ефремов, Пелевин, Шнуров, Слепаков, режиссер Богомолов, Понасенков и еще сотни других «искусствотворящих», включая рэперов Оксиморона и Гнойного, а также журналистов Соловьева, Леонтьева, Доренко и им подобных - все они только и делают, что стебутся.

Образованные люди могут сказать, что так было всегда, и назовут десятки примеров из классической литературы. Уже древние греки в какой-то момент превратили Зевса и других богов из священных существ в комедийных персонажей. В средние века придворные шуты наделялись правом скабрезничать и отпускать политические колкости. Эразм Роттердамский написал «Похвальное слово глупости», Ганс Сакс - сатирическую поэму «Корабль дураков». Вольтер в «Орлеанской девственнице» изобразил Жанну Д‘Арк, национальный символ Франции, в свете непристойных амурных похождений. Чехов в «Смерти чиновника» поглумился над тем самым «маленьким человеком», к которому Пушкин и Гоголь призывали проявить милосердие. Декаденты, Серебряный век, экспрессионисты, авангардисты тоже не жалели красок в изображении человеческих уродств.

Но есть насмешка высокого над низким и есть насмешка низкого над высоким. Есть чувство отторжения, которое испытывает цивилизованный человек при виде дикости и уродства, и есть чувство злобы и непонимания , которое испытывает дикарь при виде цивилизации и культуры.
За насмешками Эразма и Вольтера стояло видение гуманного и просвещенного общества, воспитание культурного человека, свободного от низменных пороков, за ерничеством Шнурова стоит окончательный дегенерат с примитивной лексикой, водкой и примитивными даже уже не интересами, а инстинктами.
Лично я активно не принимаю нынешний стеб и в грош не ставлю никого из перечисленных выше современных авторов. Мне вообще кажется, что жанр абсурда, сюрреализма, антиутопии, гротеска, эпатажа, художественной провокации полностью исчерпал себя на нынешнем этапе, исчерпал себя до тошноты, превратился в банальность, в которой больше нет никаких скрытых смыслов, принципиальной позиции или еще каких-то месседжей. Это не более чем топорная поделка с одной-единственной целью – заявить о себе и заработать деньги на общем одичании и огрублении человеческого социума, который в силу каких-то цивилизационных процессов массово отворачивается от гуманистических ценностей прошлого.

Как-то я вступил в ЖЖ в спор с одним из почитателей Пелевина. Я заявил, что считаю его бездарным графоманом, сочинения которого даже не стоит читать. Мой оппонент на это ответил мне, что для него «Пелевин, с его стебом надо всем, вплоть до самого "святого" - гений, он единственный сумел сказать нечто новое о человеке после Шукшина и Лема.»
Я возразил, что возможно это звучит выспренно, но у человека все же должно быть нечто святое - разумеется, не идеологические догмы, а такие понятия, как чувства вины, благодарности, долга, памяти о предках. Из Пелевина и ему подобных может вырасти только общество звероподобных людей. Которое на этой макулатуре собственно уже и выросло. Мой оппонент продолжал стоять на своем. «Звери вырастают как раз на "святынях", написал он мне, «когда за неправильно сложенные пальцы при "крестном знамении" сжигали на кострах или расстреливали за неправильную фразу при толковании Маркса.»

На этом я закончил дискуссию, поняв , что имею дело с идиотом, мозги которого полностью переформатированы стебом.

Коимбра. Museu Nacional de Machado de Castro. Музей Жоакима Машаду де Каштру

На Коимбру у меня было всего несколько часов. Кроме прогулки по городу я запланировал посетить какой-нибудь местный музей, желательно крупный, а еще лучше  главный. Так я наткнулся на Национальный музей имени Жоакина Машаду де Каштру. Португальский скульптор де Каштру (1731 - 1822) знаменит прежде всего своей статуей короля Жозе I, установленной на площади Праса-ду-Комерсиу в Лиссабоне и считающейся одной из главных достопримечательностей португальской столицы.








Музей расположен  в верхнем городе на вершине горы в бывшем Дворце епископа, построенном в свою очередь на месте античного дворца, от которого сохранились катакомбы.






Катакомбы бывшего древнеримского дворца довольно  длинные и запутанные (к счастью, там дежурят смотрители, которые помогут найти выход из подземелья). В них установлены найденные при раскопках бюсты римских  императоров и сенаторов.









В музее на четырех огромных этажах собрано  великое множество экспонатов, главным образом в области религиозной португальской скульптуры и церковной утвари. Португалия - страна романская и строго католическая, подобно Италии или Испании в ее жизни церковь играет чрезвычайно важную роль. Посетитель музея увидит огромное количество  фигур Иисуса Христа,  Девы Марии, апостолов, святых и т.п. Уровень работ - высочайший, причем заметно, как с течением времени, от эпохи к эпохе, развивалось  и совершенствовалось искусство мастеров.  Наибольшее впечатление на меня произвели те работы, которые наделяют святых человеческими чертами, делают их понятными и узнаваемыми типажами. В качестве материала скульпторы использовали мрамор, дерево,  глину, а также металлы - бронзу, серебро, золото.



















Интересна архитектура музея. С его этажей сквозь специальные окна-витрины открывается  роскошный вид на город, воспринимаемый тоже как своего рода картина и произведение искусства.